• ИГРОВОЕ ВРЕМЯ • СЕНТЯБРЬ 1527 ГОДА •

В Орвене дожидаются прибытия аэнорской принцессы, которая после заключения мира с северянами должна выйти замуж за юного короля. думая, что король будет слишком занят хлопотами с красавицей-женой, регент тем самым надеется хоть немного удержать свою власть. Аэнорцы, тем временем, не рады заключению мира и тому, что Орвену отдали плодородные земли, завоеванные в ходе четырехлетней войны. Фрисландские острова также недовольны властью регента - тот обложил островитян непомерными налогами. А в Мессалонии, тем временем, зреет новое восстание против хана - кровавое и жестокое...
JEANNEDILSAHEMELINE



Правила+FAQСюжетВнешности
Хотим видетьНужные роли

DREAMS OF CROWN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DREAMS OF CROWN » Destiny and Fortune » И снова об этом


И снова об этом

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://78.media.tumblr.com/75246c9d4ed481d8c87800e1feccdc8f/tumblr_paj5yg2h051svmxceo3_500.gif
Мельница - Лики войны Джайна

начало июля 1527, Ариан, Ажентер // Ивен и Эмелина Амьен
Знакомство с женихом или разговоры о женитьбе

+2

2

С самых похорон уже давно мёртвого наследника лорда Ивена мучила мигрень — положила жаркую руку на лоб, словно благословляя на все безумства горюющего человека, чьё горе было полно не печалью, но гневом. Неясный сладковатый запах преследовал его повсюду — запах лилий похоронной процессии, тяжёлый дух не цветения и не свежести, но мертвечины. Знаки разложения, ветшания и распада являлись лорду в самых безобидных обличьях, начиная от скрипа полуприкрытой двери и заканчивая тоскливыми позывными сверчков в ночном саду.
Соболезнования были произнесены и приняты, траурные свечи давно оплавились и догорели, из стройных колонн воска превратились в бесформенные кляксы — словно в насмешку повторяя скомканный силуэт жизни самого Великого лорда. В комнатах поселилась тишина и медленно, вкрадчиво, но неотвратимо укрепляла свои позиции, расширяла лабиринт перекрученных корней. Чтобы изгнать её, требовалось действовать.

Могло выглядеть кощунством даже думать о заключении союзов, когда горький вкус потери ещё не изгладился из повседневности семейства Амьен, но Ивен хорошо знал: на пепелище взрастить юный росток несложно, ведь зола — это хорошая пища для корней, бесстыдных в своей жажде жизни. Если он хотел противостоять тишине (а он не только хотел, но и был готов), следовало сеять не зубы дракона — пестовать боль и молчание, а вспахивать уснувшую землю для новых урожаев.
И медлить было нельзя: мрачное, но пышное провожание Гастона, которое и празднеством не назовёшь, пробило в лодке благосостояния хозяев Ажентера столь значительную брешь, что одним черпанием спасти судно было практически невозможно. А Ивен не знал ни одного умирающего родственника, который бы оставил им большое наследство. И потому...

Лорд Робер Алькрих прибыл ещё утром, но без громких труб и ярких знамён — в уважение к скорби знатного семейства, с которым он надеялся вскоре породниться. Короткий договор между этим коренастым и рыжеволосым человеком, чья борода казалась длиннее волос на голове, подтвердил письменные договорённости к удовольствию обоих мужчин — и гость удалился в отведённые ему покои, дабы привести себя в надлежащий вид перед встречей с младшей леди Амьен. Пока ещё незамужней и пребывавшей в неведении относительно своей судьбы.
Лорд Ивен не сомневался в дочери — в её манерах и чувстве долга перед фамилией — и не предвидел никаких осложнений. В конце концов, лорд Алькрих, хотя и был знаменосцем и не мог блистать филигранной знатностью происхождения, был сейчас богаче своего сюзерена. А ещё производил впечатление человека делового и хваткого — такие не поставят под угрозу собственное имя, дурно обращаясь с молодой супругой и давая ход женским пересудам, вещи едва ли не более непредсказуемой и опасной, чем дуэли из-за пустяков.
Отец передал предупреждение младшей дочери на редкость неофициально — через служанку, словно дружескую просьбу надеть то самое тёмно-зелёное платье, что он давеча подарил ей. А просьба была несложной: помочь принять важного гостя, чьё доброе расположение решительно поможет семье. После ужина.

И после ужина Ивен самолично постучал в двери дочериных комнат и предложил ей руку, чтобы помочь спуститься в одну из гостиных поместья - не самую, нужно сказать, роскошно обставленную. Лорд пребывал в добром расположении духа, насколько это было возможно и сочеталось с его стараниями как можно меньше двигать головой.
— Он кажется человеком несложным, но вовсе не так прост, как его костюм, а потому прошу тебя: постарайся улыбнуться, — Ивен мягко пожал ладонь дочери и ничего не добавил про печаль, которая окутывала некогда светлый дом, подобно паутине на нежилых чердаках. Такое проявление нежности с ним случалось в последнее время нечасто, но казалось очень уместным. Лакей открыл дверь перед хозяевами, и их гость поднялся навстречу.

— Лорд Робер Алькрих, — представил его Ивен, и лорд поклонился, — моя младшая дочь, леди Эмелина.
— Вы много красивее ваших портретов, — откликнулся гость и склонился ещё раз, явно надеясь поцеловать руку девушки.
С Ивеном он не здоровался официально и вежливо, как то полагалось знаменосцу и наводило на мысль о более давнем знакомстве.
И ещё одно: причём тут портрет?..

Отредактировано Iven Amiens (2018-08-25 00:54:52)

+2

3

Удивительно, но сегодня младшая Амьен была в хорошем расположении духа. В последние месяцы она вообще опасалась открывать глаза, смотреть на свою верную служанку, которая уже в готовности ждала с кувшином для умывания.
Ставшие обычными традиционные утренние моционы превращались в муку для ее верной помощницы, она на всякий случай готова была бежать за всем, что только пригодится в такой момент: от платочков до чего-нибудь безумно сладкого, сводящего зубы, но исключающего из девушек желание плакать насовсем.
Сегодня же леди Амьен была готова к каким-то новым для себя свершениям, она радостно улыбнулась прыгнувшей из тени служанке, готовой ко всему, кроме такого поворота событий. Кажется, она даже не ожидала подобной от госпожи прыти, оставшись в задумчивости в ее покоях, когда Эмелина достаточно быстро даже для самой себя собралась и выпорхнула из комнаты.
Когда через какое-то время Ариана нашла ее, чтобы передать строгую, но неофициальную просьбу отца о том, что она должна надеть его подарок, это заставило ее удивиться. Что же за гость такой, которого следует встречать таким образом?

Любопытство грызло ее остаток дня, что прошел до ужина. Естественно, она не смела перечить батюшке, тем более, его такой интересной просьбе. Да и новое платье ей очень было к лицу, чего уж греха таить. Траур, может, окончательно снять она была и не готова, но не хоронить же себя заживо в черном? Если это и не было тем самым, что хотел донести до нее отец, в любом случае, было приятно наконец-то подумать о девичьем и облачиться в красивое платье, которое сам Великий лорд выбрал для своей дочери.
Остатки былой роскоши, скажете вы. Но нет же, Эмелина хотела думать, что этот подарок был сделан от чистого сердца, что никакого умысла не было. Но, как говорится, там, где мечтаешь настолько отчаянно, больнее падать.
Когда отец постучал в ее покои, Эмелина уже не могла найти себе места, все же, девичье любопытство было тем самым, что усмирить было довольно сложно.
- Хорошо, отец, - она лишь кивнула головой на распоряжения улыбаться и быть гостеприимной. И не могла найти ответа, почему же этот гость столь важен для Великого лорда Ажентера?

В гостиной ожидал тот самый гость, что сразу же поднялся навстречу Ивену и его дочери, которую он вел под руку. Он был вероятно ровесником отца Эмелины, только в волосах все еще была рыжина, а губы чаще искривлялись в усмешке, чем у Ивена.
- Рада знакомству, сэр, - он был ниже статусом, оттого назвать его милордом язык девушки не повернулся. Но она покорно подала свою руку для поцелуя, чувствуя почему-то какое-то странное отвращение, хоть и не был ей прежде знаком этот человек. Уж не виной ли этому портрет, который оказался у него?
Но Эмелина, все же, обладала хорошими манерами, не позволила себе ничего кроме быстрого взгляда, полного невысказанных вопросов.
- Как Вы находите Ариан? - голос ее был полон гостеприимных сладких нот, а губы растягивались в улыбке. Дань тому, что она была хозяйкой в этом доме больше, чем новая жена отца. Ну и, конечно же, пресловутые манеры, которые иногда, казалось, жили совершенно другой, отличной от леди, жизнью.
- О, знаете, миледи, я теперь и вовсе влюблен в замок Великого лорда, - усмешка его становится и вовсе какой-то скользкой, лорд до сих пор ну выпустил узкую девичью ладонь из рук, доставляя лишние секунды неудобства. Вырывать ее из его руки было как-то не совсем красиво. - Никогда не врет Ваш батюшка своим друзьям, - кивнув в сторону Ивена, продолжил Робер, оставив после своей фразы еще больше вопросов.
Друзьям?

+1

4

Зря это он так сразу решил назваться другом Великого лорда Амьена и намекать ему передать замок по наследству. Но Великий лорд Амьен не желал портить себе настроение, а потому решил не придавать оговорке значения: очевидно, Робер просто... влюблён.

Младшая дочь лорда Амьена всегда была чуть больше леди, чем две старшие — и оценка «чуть» всё чаще казалась отцу несколько заниженной. Он никогда не расставлял детей на ступенях и не выделял из них никого сознательно, но к младшим и старшим отношение всегда особое, что бы та родители себе не воображали. Ивен полагал, что Единый в священной мудрости своей недаром избрал тройку одним из любимых чисел. В Риа было много задора и рыжины, в Эли — непокорного любопытства. И то, и другое ему было по душе, но леди — не просто слово. Это умение носить платье, как носят доспех. И говорить так, чтобы не пришлось начинать битвы.
Лорд Алькрих, вероятно, потерял голову от твоего очарования, моя милая, — Ивен добродушно улыбнулся и подал руку дочери снова, давая ей возможность избежать столь... хм... близкого знакомства с этим «важным гостем». Он неторопливо, словно в танце-шествии, повёл дочь к массивному резному дивану, чтобы та могла присесть. По пути он продолжил свою мысль: — Война совсем отучила рыцарей от красоты, и после битв охота упасть ниц перед прекрасной дамой становится непреодолимой потребностью. Верно, друг мой?

Лорд нажал на это дружеское обращение, и гостю пришлось смеяться над шуткой. Лорд Робер Алькрих очень любил, когда его называли лордом и подчёркивали рыцарственную стать и умение быть галантным, но сейчас, в исполнении лорда Амьена это прозвучало каким-то слишком хитрым комплиментом. Который только выглядит как комплимент, а на деле даст фору всем вражеским шпионам в умении мимикрировать. Но иллюзия была построена безупречно, так что обижаться было не на что. Пришлось лорду Роберу считать себя польщённым, хотя его упорно не называли по имени.

Ивен, усадив дочь — негоже леди стоять, торжественно встал за её спиной и положил руку на узорчатую деревянную спинку, уставленную расшитыми подушками. Нога не доставляла сегодня особенных неудобств, поэтому он решил остаться стоять, подчёркивая тем самым торжественность момента. Которая никак не увязывалась с рядовым визитом пусть и важного гостя. И ещё, Ивен не хотел, чтобы этот гость чувствовал себя здесь хозяином. Или даже свободно.
Лорд Алькрих — наш верный знаменосец, — продолжил он знакомство. — Он искусный наездник и питает особую слабость к лошадям необычной масти. Как бишь вы её назвали, мой друг?
Изабелловая, лорд Ивен, по имени..., — гость сделал ещё одну попытку свести разговор к менее официальному звучанию, ведь друзьям ни к чему титулы и звания, верно? Он сказал слово «лорд» шутливо, словно подыгрывая какой-то негласной забаве, но лорд не дал ему продолжить.
Ах да, благодарю. Изабелловая масть похожа на соловую, моя дорогая, но в ней почти нет желтизны — и цветом она напоминает, скорее, свежие сливки, нежели масло, — он кивнул лорду Алькриху, словно призывая с ним согласиться. Но к чести лорда Алькриха, тот нисколько не потерял самообладания и не выразил никакого намерения перебить своего сюзерена. Даже не обнаружил на лице признаков нетерпения, свойственных людям, желающим рассказать о своей диковине. Особенно когда о ней рассказывает кто-то другой. — Наш дорогой гость, лорд Алькрих, достаточно богат, чтобы позволить себе столь легкомысленные эксперименты.
Лорд улыбнулся достаточно искренне (лорд Алькрих, имеется в виду, поскольку искренние улыбки на лице лорда Амьена являлись подобно кометам, в строго обозначенные «после дождичка в четверг») и кивнул с удовольствием. Он сообщил, что давно задавался задачей вывести такую лошадь, чтобы она подходила благородной и изящной даме больше, чем тёмные масти.
И если леди Амьен будет столь любезна принять мой дар, то в верховых выездах ей не будет равных, — закончил он свой пространный пассаж лёгким поклоном. Подарок явно казался дорогим даже со слов.

0


Вы здесь » DREAMS OF CROWN » Destiny and Fortune » И снова об этом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC